Группа в поддержку Виктора Вконтакте:

Кассационная жалоба

00001
В Московский городской суд
От адвоката А.В. Васильева
В защиту интересов подсудимого
В. Луковенко


КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА
На приговор Таганского районного суда г. Москвы.
14.02.2011 года Таганским судом г. Москвы вынесен обвинительный приговор по обвинению В. Луковенко в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. Данный приговор считаю незаконным, необоснованным и подлежащим отмене по следующим основаниям:
1.    В связи с неконкретизированным обвинением предъявленным В. Луковенко по делу нарушено право подсудимого на защиту а так же принцип законности (ст.3 УК РФ) и принцип основания уголовной ответственности (ст. 8 УК РФ)
Согласно п.4 ч.2 ст. 171 УПК РФ в Постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должно быть указано описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 части первой статьи 73 настоящего Кодекса;
Согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.
Обвиняемому Виктору Луковенко предъявлено обвинение в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Соответственно, Постановление о привлечении в качестве обвиняемого и Обвинительное заключение должны обязательно содержать сведения о том, какие конкретно телесные повреждения расцениваемые как тяжкий вред здоровью причинил потерпевшему подсудимый В. Луковенко.
Данное требование уголовного закона, при предъявлении обвинения В. Луковенко нарушено.
Из постановления о привлечении в качестве обвиняемого Виктора Луковенко следует, что потерпевшему было нанесено не менее 10 ударов ногами в область головы Виктором Луковенко совместно с  неустановленным следствием соучастником по прозвищу «Большой». В ходе проведенной судебно-медицинской экспертизы, на голове потерпевшего были обнаружены следы пяти травмирующих воздействий, причинивших потерпевшему различные телесные повреждения. Из сказанного следует, что как минимум пять ударов ногами по голове потерпевшего каких либо телесных повреждений не причинили и как следствие- их нанесение не может образовывать состава преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.
В результате, из Постановления о привлечении В. Луковенко в качестве обвиняемого никак не следует:
- какие именно удары, куда и в каком количестве, по мнению стороны обвинения, нанес В. Луковенко потерпевшему.
- какие телесные повреждения (по мнению стороны обвинения) были причинены потерпевшему в результате ударов В. Луковенко
- какова (по мнению стороны обвинения) тяжесть  телесных повреждений нанесенных потерпевшему В. Луковенко
В связи с этим в постановлении отсутствует указание на причинно-следственную связь конкретного телесного повреждения нанесенного потерпевшему Виктором Луковенко с последующей смертью потерпевшего.
Таким образом, сторона обвинения фактически вводит коллективную ответственность за совершенное преступление, не выясняя какую конкретно роль сыграл в совершении преступления тот или иной «соучастник» и совершал ли вообще конкретный «соучастник» (в частности- В. Луковенко) какие либо самостоятельные запрещенные уголовным законом действия.
Из-за имеющей место неконкретизированности обвинения  защита лишена возможности понять какие именно удары нанесенные В. Луковенко причинили потерпевшему тяжкие телесные повреждения повлекшие его смерть. Соответственно, у защиты нет возможности предоставить свои объяснения и доказательства невиновности Луковенко в данных конкретных ударах, оспаривать соответствующие выводы стороны обвинения. Указанные обстоятельства нарушают ст. 47 ч. 4 п.1   УПК РФ- т.е. право обвиняемого знать в чем он обвиняется и как следствие, реализовывать в полном объеме свои права на защиту, предусмотренные ч. 4 ст. 47 УПК РФ.
Сторона обвинения не указала какие конкретно действия Луковенко повлекли за собой причинение тяжкого вреда здоровью Кунанаякама и в последующем его смерть. Из предъявленного обвинения видно, что обвинение не делает различий между действиями Луковенко и иных участников преступления указывая только общее количество ударов нанесенных Э. Кунанаякаму всеми участниками нападения. В связи  этим у обвинения и суда нет законных оснований утверждать, что Луковенко вообще наносил удары Кунанаякаму или что они причинили какие либо телесные повреждения. То есть в отсутствии указания на конкретные запрещенные уголовным законом действия совершенные Луковенко у суда и обвинения нет законных оснований выходить за рамки предъявленного Луковенко обвинения и утверждать, что эти действия Луковенко вообще совершались.
Согласно ст. 8 УК РФ Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом.
Согласно ст. 111 УК РФ уголовно наказуемым деянием признается Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего.
На основании ст. 3 УК РФ преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только Уголовным кодексом. В Постановлении о привлечении в качестве обвиняемого В. Луковенко не содержится объективных сведений о том, что В. Луковенко совершил действия образующие состав преступления предусмотренный ст. 111 ч. 4 УК РФ. Действия В. Луковенко (согласно текста Постановления о привлечении в качестве обвиняемого) которые совершались им на месте преступления индивидуально состава преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ не образуют.
Таким образом, защита имеет достаточные основания утверждать, что по делу помимо внутреннего российского законодательства, нарушены так же и требования международной Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» а именно- статьи 7 Конвенции «Назначение наказания исключительно на основании закона». Никто не может быть осужден за совершение какого-либо деяния или за бездействие, которое согласно действовавшему в момент его совершения национальному или международному праву не являлось уголовным преступлением.

В предъявленном обвинении отсутствует утверждение о том что хотя бы один из ударов нанесенных В, Лукоенко Э. Кунанаякаму повлек за собой какие либо последствия выразившиеся в причинении телесных повреждений.


2.    По делу отсутствуют доказательства вины Луковенко.
С учетом неконкретизированности предъявленного обвинения, о чем было сказано выше, по делу отсутствуют доказательства факта нанесения подсудимым Луковенко ударов потерпевшему Э. Кунанаякам. Так ни один из свидетелей допрошенных в ходе судебного заседания не сообщил суду о том, что лично видел как Луковенко наносил удары Э. Кунанаякам.
Ранее, в ходе предварительного следствия свидетель П. Салиенко и подсудимый А. Бурмистров сообщили о том, что им известно о том, что В. Луковенко наносил удары руками в область головы потерпевшего. Вместе с тем, в ходе допросов указанных лиц следователи не выясняли откуда П. Салиенко и А. Бурмистрову стала известна указанная информация.
В ходе допроса П. Салиенко и А. Бурмистрова в судебном заседании указанные лица пояснили, что о якобы имевших место ударах нанесенных подсудимым В. Луковенко потерпевшему Кунанаякаму им стало известно от неизвестных им лиц.
Таким образом, ни свидетель П. Салиенко ни подсудимый А. Бурмистров не смогли указать на источник своей осведомленности о действиях В. Луковенко на месте происшествия.
В соответствии со ст. 75 УПК РФ показания свидетеля который не может указать источник своей осведомленности являются недопустимыми по делу доказательствами.
Как следует из изложенного выше, показания свидетеля Салиенко и подсудимого Бурмистрова являются недопустимыми в части:
Показания Салиенко:
Т.1 л.д. 218 (допрос Салиенко) со слов «Луковенко тоже нанес несколько ударов по голове этому мужчине»
Т.1 л.д.223  (допрос С алиенко) со слов: «Луковенко нанес несколько ударов по голове этому мужчине» до слов «От ударов Луковенко по голове, мужчина сел на корточки и схватился руками за голову»
Показания Бурмистрова
Т.2 л.д. 237 (Явка с повинной Бурмистрова) слова: «После этого Луковенко ударил мужчину в голову правой рукой. Потом Луковенко и «Белый» вдвоем стали наносить мужчине удары по голове ногами.»
Т.2 л.д. 246 (Протокол проверки показаний на месте происшествия) со слов «Луковенко ударил мужчину сильным ударом в голову правой рукой» до слов «Потом Луковенко и «Белый» вдвоем стали наносить мужчине удары по голове ногами, обутыми в «гриндеры»»
т.2 л.д. 262 со слов «Потом неожиданно для меня подбежал сзади Луковенко…» до слов «Думаю, в общей сложности мужчине было нанесено не менее десяти ударов в голову»
В ходе судебного разбирательства защитой заявлялось ходатайство о признании указанных доказательств недопустимыми. В  удовлетворении заявленного ходатайства судом было отказано поскольку суд намеревался дать оценку доказательствам (в том числе и оспариваемым) при вынесении приговора. В то же время, недопустимые доказательства не подлежат оценке судом при вынесении приговора и не могут быть положены в основу обвинения.
Согласно показаний подсудимого Луковенко он действительно нанес несколько отталкивающих ударов потерпевшему, однако они были нанесены в корпус потерпевшего а не в голову и соответственно не могли повлечь за собой причинение телесных повреждений на голове потерпевшего от которых и наступила его смерть.
Каких либо иных доказательств нанесения Луковенко ударов Кунанаякаму, как то показания очевидцев, видеозаписи, заключения судебно-медицинских экспертиз и пр. в деле нет.
Таким образом стороной обвинения факт нанесения Луковенко ударов в голову потерпевшему Кунанаякам не доказан.
Заявление суда о том, что А.Бурмистров и П. Салиенко якобы ранее указывали на то, что они лично видели как В. Луковенко наносил удары Э. Кунанаякам не соответствуют действительности, не подтверждаются материалами дела и являются выдумкой суда, в стремлении обосновать вынесение по делу обвинительного приговора.
Одним из доказательств вины В. Луковенко в совершении инкриминируемого ему обвинения в Приговоре указаны показания Т. Кунанаякам, в которых, в частности говориться, что что ей (Т. Кунанаякам) известно что после того как Э. Кунанаякам упал на пол платформы а кто-то из молодых людей стал бить Э. Кунанаякама руками и ногами. В указанной части показания Т. Кунанаякам изменены в угоду стороне обвинения, а именно- не указано, что молодой человек избивавший Э. Кунанаякама на вид имел возраст 28 лет. В то же время, В. Луковенко которого обвиняют в избиении Э. Кунанаякама 1985 г.р. и соответственно на момент совершения преступления имел возраст 24 года. Таким образом суд цитируя показания свидетеля в приговоре умышленно скрыл показания свидетеля Т. Кунанаякам в части противоречащей версии обвинения.
В постановленном приговоре суд указав, что А. Бурмистров обращался с заявлением об оказании на него давления со стороны друзей Луковенко с целью изменения показаний в пользу В. Луковенко. В то же время какой либо реакции со стороны правоохранительных органов на заявление Бурмистрова не было, какое решение было принято по его заявлению не известно. Можно предположить, что в возбуждении дела по данному факту сотрудниками милиции было отказано за отсутствием состава преступления. В то же время, несмотря на соответствующее ходатайство суд отказался истребовать материалы проверки по заявлению А. Бурмистрова. однако, использовал факт такого заявления в качестве доказательства вины В. Луковенко по делу.
Суд без каких либо дополнительных проверок принял за истину показания свидетелей Беляева И.А. и Медведевой О.П, которые проводили расследование по настоящему делу. В то же время, согласно ст. 38 главы 6 УПК РФ следователи отнесены законом к участникам судопроизводства со стороны обвинения, что требует от суда такого-же критического отношения как и к показаниям подсудимых, поскольку следователи фактически являются лицами заинтересованными в исходе дела. Более того, следователь О.П, Медведва была заинтересована в том, что бы В. Луковенко был осужден вне зависимости от его фактической вины в связи с тем, что в противном случае будет поставлен вопрос о привлечении следователя Медведевой О.П. к уголовной ответственности по ст. 299 УК РФ- «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности.»
Свидетели  Беляев И.А. и Медведева О.П, дали показания противоречащие материалам дела. Так оба свидетеля заявили, что при допросе подсудимого Бурмистрова А.  последний заявлял, что лично видел как В. Луковенко наносил удары Э. Кунанаякаму. В то же время, в протоколах допросов А. бурмистрова составленных указанными следователями такие показания со стороны А, Бурмистрова отсутствуют, из чего можно сделать однозначный вывод о том, что следователи Беляев И.А. и Медведева О.П, таких заявлений от А. Бурмистрова не получали (что можно увидеть из запротоколированных показаний А. Бурмистрова имеющихся в материалах дела)  и при дачи показаний об обстоятельствах допросов солгали суду.
Довод суда содержащийся в Приговоре о том, что свидетель П. Салиенко, якобы, изменил показания которые он давал не предварительном следствии не соответствует материалам дела. Свидетель П. Салиенко не изенял показаний а дополнил их заявлением о том, что лично не видел как В. Луковекно наносил удары Э. Кунанаякаму а знает о данном факте со слов незнакомых ему молодых людей. Каких либо противоречий показаний свидетеля П. Салиенко в показаниях данных им на предварительном следствии и в суде  в этой части нет. Мнимое изменение показаний свидетелем П. Салиенко является выдумкой председательствующего не соответствующей фактическим материалам дела.
Приговор не является мотивированным в части вины В. Луковенко. Так единственным доказательством факта нанесения В, Луковенко ударов Э. Кунанаякаму являются показания свидетеля П. Салиенко и подсудимого А. Бурмистрова. Ни одно другое доказательство (показания свидетелей, заключения экспертиз и пр.) данный факт не отражают. В то же время, указанные очевидцы (П. Салиенко и А. Бурмистров) будучи допрошенными в ходе судебного заседания дополнили (а не изменили как ложно утверждает в своем решении суд) свои показания фактом того, что они лично не видели как В. Луковенко наносил удары потерпевшему. Более того ни П. Салиенко ни А, Бурмистров не смогли указать на источник своей осведомленности в результате чего их показания в соответствии с требованиями ст. 75 УПК РФ не могут быть признаны в данной части допустимыми и положенными в основу обвинительного приговора В, Луковенко. Факт отсутствия изменения показаний со стороны свидетеля П. Салиенко доказывается хотя бы тем, что по итогам судебного заседания судом не только не рассматривался, но даже не ставился вопрос о привлечении П. Салиенко к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
В целом очевидно, что при оценке доказательств и вынесении обвинительного приговора суд нарушил принцип презумпции невиновности и при явном недостатке доказательств вины, исходил из убеждения в виновности В. Луковнеко. Нарушение принципа презумпции невиновности является грубейшим нарушением не только с точки зрения внутреннего законодательства РФ, но и с точки зрения Европейского суда по правам человека, нашедшим свое отражение в ряде прецедентных решений:
В решении по делу «Барбера, Мессеге и Ябардо против Испании» от 6 декабря 1988 г.1 Суд указал, что презумпция невиновности «требует, в частности, чтобы при исполнении своих обязанностей члены суда не исходили из предубеждения, что обвиняемый совершил преступление, в котором он обвиняется; бремя доказывания несет обвинение и любое сомнение должно толковаться в пользу обвиняемого. В деле Kuznetsov and Others v Russia (2007 г.) Суд критически отозвался о решении внутреннего суда, который признал тот факт, что органы милиции прошли в зал, где проводилось религиозное собрание Свидетелей Иеговы, после чего собрание не могло быть продолжено, однако не смог дать объяснений признанию того, что между действиями милиции и прекращением собрания отсутствовала причинно-следственная связь. В деле Tatishvili v Russia (2007 г.) внутренний суд не дал ответа на аргумент заявительницы о том, что она не является гражданкой Грузии, и ей не требуется виза, а просто подтвердил ее претензии без ссылки на действующие законы. В деле Boldea v Romania (2007 г.) Суд признал нарушение ст. 6 в судебном разбирательстве по обвинению заявителя в клевете на коллегу в связи с плагиатом. Внутренний суд назначил заявителю штраф, заявив, что он действовал недобросовестно, не проанализировав представленные в качестве доказательства тексты и не учитывая закон об авторских и вытекающих из них правах.

3.    Нарушение требований ст. 15 УПК РФ
В ходе судебного производства, имело место нарушение принципа равенства и состязательности сторон.
Стороной защиты было установлено, что ранее следствием был установлен очевидец нападения на потерпевшего Э. Кунанаякам- Терпугова Анастасия Сергеевна. Объяснения Терпуговой, ее установочные данные (в том числе адрес места проживания) имеются в материалах дела (т. 1 л.д. 107-108). В то же время указанный очевидец произошедшего по неизвестным причинам в ходе расследования уголовного дела допрошен не был, хотя показания указанного очевидца имеют по делу существенное значение, поскольку опровергают версию обвинения о лицах причастных к избиению потерпевшего Э. Кунанаякам.
В соответствии со ст. 6 УПК РФ. Уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.
В соответствии со ст. 7 УПК РФ Уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок.
В соответствии с ч.1 ст. 243 УПК РФ Председательствующий руководит судебным заседанием, принимает все предусмотренные настоящим Кодексом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон.
На основании указанных доводов, сторона защиты ходатайствовала перед судом об оказании помощи в вызове данного свидетеля. В удовлетворении данного ходатайства судом было немотивированно отказано.  
В то же время, суд в полном объеме удовлетворял ходатайства стороны обвинения о вызове свидетелей обвинения, применяя (в случаях их неявки) привод. Таким образом очевидно, что судом было нарушен принцип равенства и состязательности сторон предусмотренный ст. 15 УПК РФ.
В то же время показания Терпуговой имели для защиты принципиальное значение, поскольку фактически свидетельствовали о невиновности подсудимого Луковенко, что видно из анализа объяснений Терпуговой.
Аналогично, стороне защиты было отказано в вызове свидетеля Зелениной, которая так же являлась очевидцем преступления.
Таким образом в ходе судебного разбирательства нарушена ст. 6 Конвенции закрепляющей право на справедливое судебное разбирательство независимым и беспристрастным судом и в том числе право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.
Вышесказанное позволяет утверждать, что по делу помимо внутреннего российского законодательтва, нарушены так же и требования международной Конвенции «О защите прав человека и основных свобод».
В контексте уголовных судебных разбирательств Суд дал пояснения того же рода, а именно, что право  на  состязательный  процесс  означает,  что  обвинение  и  защита  должны  получать  доступ к информации и иметь возможность комментировать приобщенные к делу замечания и пред-ставленные другой стороной доказательства, а также что органы прокуратуры должны предъявлять защите все имеющиеся у них вещественные доказательства, в пользу обвиняемого или против него (Rowe and Davis v United Kingdom (2000 г.)).
Принцип равноправия сторон, подразумевающий справедливый баланс между сторонами процесса, является основной характеристикой права на справедливый суд и неотъемлемым аспектом права на состязательный процесс. Суть этого принципа сводится к требованию предоставления каждой стороне соответствующих возможностей изложения своих доводов – включая доказатель-ства – на условиях, которые не представляют сторону в более невыгодном свете, чем оппонента. Иными словами, принцип равноправия сторон по сути означает равенство сторон в ходе судебного разбирательства (Neumeister v Austria (1968 г.)).
В деле Yvon v France (2003 г.) в контексте, связанном с суммой компенсации, предоставляемой в  связи  с  экспроприацией  земли,  заявитель  получил  отказ  у  противоположной  стороны, правительственного учреждения, предоставить копии документов, на которые учреждение ссылалось в представленных суду письменных заявлениях. Суд постановил, что государственное учреждение имело значительные преимущества в свете доступа к информации, существенной для  рассмотрения  дела,  включая  реестр  земельных  участков.  Кроме  того,  по  данному  делу правительственное учреждение выступало в качестве и эксперта, и участника и таким образом занимало  доминирующую  позицию  в  ходе  судебного  разбирательства,  имея  существенное влияние на сведения, получаемые судьей. Суд пришел к заключению, что все перечисленные факторы в совокупности привели к образованию неравенства сторон, что не соответствовало принципу равноправия сторон. Тем самым была нарушена ст. 6(1).
В деле Telfner v Austria (2001 г.) заявитель был признан виновным по делу о наезде на пешехода и побеге с места аварии. Жертва наезда смогла сообщить полиции номер и марку машины, но не могла опознать водителя. Заявитель не дал показаний на суде, и версия обвинения практически целиком была основана на полученных полицией данных о том, что заявитель был основным пользователем машины. Суд постановил, что в данном случае доказательства обвинения были крайне слабыми. Потребовав у заявителя объяснений, предварительно не разработав убеди-тельную версию обвинения при отсутствии доказательств в пользу противного суд фактически перенес бремя доказывания с обвинения на защиту, что стало нарушением ст. 6(2)

4.    Нарушение требований ст.ст.  155 и 153 УПК РФ
В соответствии с ч. 3 ст. 171 УПК РФ при обвинении лица в совершении нескольких преступлений, предусмотренных разными пунктами, частями, статьями Уголовного кодекса Российской Федерации, в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого должно быть указано, какие деяния вменяются ему по каждой из этих норм уголовного закона (часть третья)
Как следует из постановления о привлечении в качестве обвиняемого В. Луковенко обвиняется в совершении преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Каких либо иных частей и пунктов ст. 111 УК РФ ему не вменяется. Таким образом сторона обвинения признает тот факт, что в действиях Луковенко не обнаружены признаки преступления предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 111 УК РФ, т.е. причинение тяжких телесных повреждений в составе группы лиц либо группы лиц по предварительному сговору, либо организованной группы.
Следовательно, по мнению стороны обвинения В. Луковенко, совершил причинение тяжких телесных повреждений гр-ну Э. Кунанаякам действуя единолично, без соучастия с другими лицами в какой- бы то ни было форме.
Согласно ст. 153 УПК РФ в одном производстве могут быть соединены дела:
- в отношении нескольких лиц, совершивших одно или несколько преступлений в соучастии,
- одного лица, совершившего несколько преступлений,
- лица, обвиняемого в заранее не обещанном укрывательстве преступлений, расследуемых по этим уголовным делам.
Ни одного из указанных в выше законных оснований для соединения и совместного рассмотрения дел в отношении В. Луковенко и А. Бурмистрова нет. То есть В. Луковенко не совершал преступления совместно с А. Бурмистровым, что прямо следует из резолютивной части Постановления о привлечении В. Луковенко в качестве обвиняемого.
Таким образом расследование и судебное рассмотрение дел в отношении А. Бурмистрова и В. Луковенко в одном производстве- противоречит требованиям ст. 153 УПК РФ.
Так же, по делу нарушены и требования ст. 155 УП РФ предписывающей следователю выделить в отдельное производство материалы содержащие сведения о новом преступлении, из уголовного дела и направлении их для принятия решения в соответствии со статьями 144 и 145 УПК РФ соответствующему должностному лицу, в случае если в ходе предварительного расследования становится известно о совершении иными лицами преступления, не связанного с расследуемым преступлением.
Защита считает недопустимым тот факт, что в одном судебном процессе были рассмотрены преступные деяния А. Бурмистрова и В. Луковенко юридически никак не связанные между собой соучастием. Это нарушение требований УПК РФ отразилось на оценке действий А. Бурмистрова и В. Луковенко, повлекло за собой не основанный на законе и формуле обвинения вывод суда отраженный в приговоре по делу о якобы имевшем место едином умысле на совершение преступления предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.


5.    Нарушение требований о возбуждении уголовного дела в отношении обвиняемого.
Как следует из постановления о возбуждении уголовного дела, уголовное дело было возбуждено 6 ноября 2009 года в отношении неустановленного следствием лица, которое действуя из хулиганских побуждений с применением предмета используемого в качестве оружия нанесло Кунанаякам тяжелую закрытую черепно-мозговую травму. В то же время в отношении каких либо иных лиц, не использовавших в ходе избиения Э. Кунанаякам предметов используемых в качестве оружия, уголовное производство не возбуждалось.
Как следует из Определения Конституционного суда от 17 декабря 2009 г. N 1636-О-О уголовно-процессуальный закон не содержит норм, позволяющих привлекать лицо в качестве подозреваемого или обвиняемого, а также изменять и дополнять ранее предъявленное обвинение в связи с совершением им преступления, по признакам которого уголовное дело не возбуждалось.
Таким образом очевидно, что уголовное дело возбуждено в отношении одного единственного неустановленного лица, которое причинило потерпевшему Э. Кунанаякам черепно-мозговую травму с применением предмета используемого в качестве оружия.
В то же время фактически по настоящему уголовному делу обвинение предъявлено двум подсудимым (не считая неустановленного следствием лица), при этом предметом использовавшимся в качестве оружия (бутылкой) пользовался в ходе избиения только А. Бурмистров а не В. Луковенко. Из сказанного следует, что уголовное дело было возбуждено по факту совершения преступления гр-ном А. Бурмистровым а не В. Луковенко.
Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2000 года N 1-П, от 23 марта 1999 года N 5-П и от 27 июня 2000 года N 11-П Стадия возбуждения уголовного дела является обязательной; актом возбуждения уголовного дела начинается публичное уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступным деянием, что обеспечивает последующие процессуальные действия органов дознания, предварительного следствия, суда и одновременно влечет необходимость обеспечения права на защиту лица, в отношении которого осуществляется обвинительная деятельность.
В отношении Луковенко уголовное дело не возбуждалось, что в свою очередь исключает возможность привлечения Луковенко к уголовной ответственности.  

6.    Нарушение требований ст. 144-145 УПК РФ
В ходе судебного заседания подсудимый Бурмистров сделал заявление о том, что данные им показания были получены от него под давлением со стороны следствия, т.е. фактически Бурмистров сдела заявление о совершении в отношении него преступлений ст. 302 УК РФ Принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта, специалиста к даче заключения или показаний путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание, а равно другого лица с ведома или молчаливого согласия следователя или лица, производящего дознание, - и 285 УК РФ Злоупотребление должностными полномочиями. Данное заявление было занесено в протокол судебного заседания.
В соответствии с п. 7 «Типового положения о едином порядке организации приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях», утвержденного Приказом Генеральной прокуратуры РФ, МВД РФ, МЧС РФ, Минюста РФ, ФСБ РФ, Минэкономразвития РФ и Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков от 29 декабря 2005 г. N 39/1070/1021/253/780/353/399 "О едином учете преступлений" судьи являются должностными лицами, правомочными осуществлять прием сообщений о преступлениях и оформлять их в соответствии с требованиями УПК РФ по факту устных сообщений о преступлениях, сделанных в ходе судебного разбирательства.
В соответствии пп. 1). п. 5 «Типового положения…» сообщением о преступлении является протокол судебного заседания, в который внесено устное сообщение о преступлении. Приняв его, судья обязан в соответствии пп. 3). п. 5 «Типового положения…» зарегистрировать его, внеся запись в книгу регистрации сообщений о преступлении. В соответствии с пп. 4). п. 5 «Типового положения…»:
«укрытое от регистрации сообщение о преступлении - сообщение, сведения о котором не внесены в регистрационные документы, а сообщению не присвоен соответствующий регистрационный номер».
В соответствии п. 12 «Типового положения…»:
«12. Должностное лицо, принявшее в соответствии со своими полномочиями сообщение о преступлении, если такое сообщение не было документ о принятии этого сообщения с указанием данных о лице, его принявшем, а также даты и времени его принятия»
В нарушении указанных норм, судья Таганского районного суда Александрова С.Ю.  заявление Бурмистрова А. не зарегистрировала, талон-уведомление ему не выдала, сообщение о совершенном преступлении в нарушении ст. 145 УПК РФ по подследственности для проведения последующей проверки не передала, фактически сокрыв факт совершения сотрудниками правоохранительных органов должностного преступления.
Таким образом суд первой инстанции явно вышел за пределы своих полномочий и в отсутствии доследственной проверки по заявлению А. Бурмистрова о  совершенном в отношении него преступлении, не имея на то законных оснований не передал сведения о совершенном преступлении в следственные органы.
Отсутствие полноценной доследственной проверки по заявлению подсудимого А. Бурмистрова повлекло за собой признание допустимыми ряда доказательств полученных в ходе предварительного расследования по делу с нарушением действующего законодательства и как результат- вынесение по настоящему делу незаконного обвинительного приговора.

7.    В настоящее время в уголовном законодательстве РФ произошли изменения в результате которых за совершение преступлений предусмотренных ч.4 ст. 111 УК РФ отменена нижняя граница наказания.

Согласно Федеральному закону Российской Федерации от 7 марта 2011 г. N 26-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации" в часть 4 ст. 111 УК РФ внесены изменения, а именно- отменена нижняя граница наказания, таким образом в новой редакции статьи за деяние предусмотренное ч.4 ст. 111 УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пятнадцати лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.
В соответствии со "статьей 2" данный документ вступил в силу со дня официального опубликования (опубликован в "Российской газете" - 11.03.2011).

На основании изложенного считаю что обвинительный приговор по делу вынесен незаконно и необоснованно. Прошу обвинительный приговор по делу отменить, направить дело на новое рассмотрение, либо уменьшить назначенное судом первой инстанции наказание.


Адвокат А.В. Васильев
 

Комментарии  

 
0 #1 Анатолий 12.07.2011 17:00
Молодец..., Здорово написано!
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Шлюхи метро тут кузьминки проститутки проститутки москва метро киевская досуг мулатки шлюхи самые маленькие кемерово проститутки шлюхи москвы вип сестра шлюха путеводитель досуг салон интимных услуг москва крематорий бляди проститутки м павелецкая интим салон красноярск старые проститутки дешево отдых развлечение досуг г коломна банный досуг шлюха анжелика проститутка 7 шлюхи г красноярска павлодар досуг массаж каховская эротический проститутка аккорды алексин объявления досуг интим негритоски проститутки москва эротический массаж г минск проститутка досуг vip салон интим новосибирск арзамас досуг сельский досуг шлюхи екатеринбурга телефон сексуальный досуг трансы
rss